Борьба за трон Золотой Орды. На волосок от победы

Русь-Орда
Время, когда русские рати нещадно били крымских татар и почти смогли их приручить... Время Иоанна Грозного!

Вопреки утверждениям официальных учебников и историков, в российской истории были времена, когда крымский хан и его нукеры боялись нос высунуть за Перекоп. Вообще, борьба за влияние в регионе шла с переменным успехом, но во времена Иоанна Грозного, инициатива прочно перешла в русский стан. Продолжение, начало серии читайте в статьях: Битва при Судьбищах или как воеводы Иоанна Грозного крымского хана по Дикому полю гоняли / Борьба за трон Золотой Орды. Тульское побоище / Борьба за трон Золотой Орды. Добить врага в его логове.

Метод сдерживания

Напомню: вместо того чтобы сидеть на реках под Рязанью и ждать супостата, воеводы под началом молодого деятельного царя, приступили к радикальным методам устранения угрозы. Враждебные Казанское и Астраханское ханства были присоединены к русской державе силой оружия, а многие их вассалы и мелкие улусы вошли добровольно. Со стороны Дикой Степи оставался лишь один беспокоящий сосед — Крымское ханство, крайне неудобно расположенное географически и самое главное, находящееся под патронажем могущественной Османской империи.

Последнее обстоятельство лишало Иоанна всякой возможности развернуть серьёзные боевые действия со стороны моря. Вместе с тем, то же самое обстоятельство лишило крымчан естественного отбора правителей орды. Теперь во главе вставал не самый удачливый и сильный военачальник, имеющий поддержку всех родОв, а наиболее угодный администрации Порты. В противостоянии с Русским царством у Девлет-Гирея сразу не заладилось, несколько раз его чуть было не изловили в поле и значительно повыбили его воинов.

После Тульского побоища 1552-го года и удачных рейдов к границам крымских улусов 1556-го года, московское руководство решило продолжить и развить так хорошо показавшую себя тактику активного сдерживания. На 1557-ой год запланировали подступиться к Крыму вместе с ногаями от Днепра и Дона, но внезапный мор и неурожай привели к великому голоду, поразившему весь регион. Опорный пункт на острове Хортица пришлось оставить из-за отсутствия припасов, по той же причине ногаи не стронулись с места, но напасти не обошли и Крым — ордынцы также голодали и страдали от падежа лошадей.

Зато на новый 1558-ой обе стороны возлагали большие надежды. С самой зимы, не медля, отряд Вишневецкого выдвинулся к татарским улусам и бил их во множестве на Перекопе. Противник вопреки его надеждам вызов не принял и уклонился от боя, после чего стрельцы перегруппировались, пополнили запасы и с одобрения царя — батюшки, продолжили шерстить крымчаков. Тихое поведение ордынцев оказалось ширмой, они планировали совместный с османами большой поход и даже выдвинулись к Рязани, но узнав, что там их уже заждались московские рати, спешно повернули назад.

В который раз отмечаю быстроту бега храбрых крымских батыров — посланные им вслед разведчики, смогли увидеть лишь пыль, да устланную трупами лошадей и верблюдов степную дорогу.

Прибежавших в Крым татар, ждал неприятный сюрприз — пока они прощупывали путь к русским, в их отсутствие наведались донские казаки. Да так, что османский султан вынужден был прислать свои галеры с воинами — отбивать нападение. Таким образом, метод сдерживания хоть и не дал ожидаемых побед над беспокойными соседями, но работал исправно: крымчаки не могли выйти большими силами и на границах было относительно спокойно. Сыграла свою роль и дипломатия — Иоанн не желая конфликта с польским Сигизмундом II, старался не форсировать днепровское направление.

Пустые хлопоты

О том насколько важным был крымский фронт для Иоанна, можно судить по его дипломатическим уступкам на западном и северо — западном направлениях. На фоне удачной ливонской экспедиции по укрощению обнаглевшей прибалтийской знати и сбору причитающейся с них дани, русский монарх дал ливонцам полгода перемирия. Жест доброй воли в Прибалтике традиционно не оценили. Уже к осени 1559-го года рыцари отдышавшись и заняв денег, наняли рать и отбили Юрьев-Депт. Но значительно более важной для Ивана IV была Польша, с которой постоянно шли столкновения на сопредельных землях.

Ради избавления ВСЕХ ХРИСТИАН от татарских набегов, Иван Васильевич предложил польскому Сигизмунду «прародителевы свои отчины, город Киев и иные города русские, для доброго согласья». Было бы странно, если поляки согласились. Сразу запросив вдобавок к Киеву ещё и Смоленск со многими другими городами, ляхи прибавили, что Иоанну не верят. Подозревают де, что «коварный московит» отступит, когда турки вступятся за крымчан, оставив поляков наедине с османами. А нежели и победят крымского, размышляли послы, то русским ничего боле не остаётся, как пойти бить теперь уж поляков…

Вам ничего знакомым не показалось? Века прошли, а шаблоны у наших западных соседей всё те же, да и повадки (как мы увидим далее) нисколько не поменялись. Враги они и есть. Причины столь странного поведения, страдающих от крымских набегов поляков, можно прочесть здесь: Польшей и Литвой всегда правили татарские ханы!

Морская пехота московитов

Так или этак, а дело надо делать, время на исходе, это стало понятно после обмена «любезностями» с ляшскими послами — размирье не за горами! Планов отменять не стали, на Крым решено было зайти с двух сторон, но это всё предполагались отвлекающие удары, а главные силы с Иоанном во главе, готовились выйти в поле чуть погодя. Князь Вишневецкий побив ордынцев на пограничье, забурился вглубь вражеской территории по Дону и чуть было не взял Азов, который спасли подоспевшие османские галеры да враждебные ногаи, кочевавшие поблизости.

Пробившись через турецкую эскадру, настырный князь подступил уже к Керчи и опять ему помешал османский флот, вынудив отступить на Дон и ждать там соединения с другим отрядом. Но дождаться рати Вешнякова было не суждено, вездесущие турки и здесь подсуетились, перерезав водные пути. А на Днепре вовсю разошёлся герой ливонской компании Адашев. На лодьях подойдя к Очакову, побил корабли турок и взяв в полон проводников, пошёл в море. Разграбив два острова и потопив несколько турецких кораблей, русская рать неожиданно для татар высадилась у Перекопа.

Разделившись на несколько отрядов, ушлые воины принялись делать то, что обычно чинили сами крымцы на русском пограничье. Разорив множество селений и набрав полона, они попутно разбили отряды посланных на помощь нукеров, после чего чинно удалились восвояси — делить трофеи и отчитываться об удачном рейде. Крымские улусы пребывали в большой панике, упавших как снег на голову царских воинов, они приняли за главную рать и уже приготовились погибать. С поздним зажиганием встрепенулся Девлет — что такое, наших грабят? Вероятно ему стало известно, что это малый отряд, а не большое войско Иоанна пришло по его голову, вот и бросился спасать репутацию.

С большим трудом собрав отряд (местные не торопились уходить от родных кочевий, а ну как русские вернутся?) он бросился в погоню за Адашевской ратью. А тот дойдя ло Очакова, проявил политический такт, отпустив пленных турок и наказав передать султану, что де русский царь воюет с крымскими, а с турецкими он в мире. Турки переспрашивать не стали и спешно убыли (пока русский не передумал). Погоня была ожидаемо безуспешной. Русская рать плыла на кораблях, а ханская конница шла по берегу, на переправах и порогах стрельцы дружно сокращали число отважных ханских нукеров, отбивая у остальных всякую охоту к подвигам.

Наконец, судовая рать остановилась на острове, где к ним переплыл бежавший от крымчаков пленник, рассказавший о ставшем лагерем хане Девлете. Посланные разведчики застали на месте лагеря только угли, оказывается, хан узнав о побеге пленника решил не играть с судьбой и не ждать в гости казаков или того хуже самого Иоанна, которые то и дело норовили нагрянуть в его отсутствие. Как крымчаки умели бегать, я уже писал… Так они и ждали друг друга: московские на Оке, а крымские на Ферах — Кермане (Перекопе), но к осени все устали и завершили боевые стояния.

Ногайская лава

Под самый занавес 1559-го года от казаков и стрельцов, оставшихся на днепровском острове, пришли вести. Оказывается, не в силах смотреть на беззаботно дефилирующие мимо острова крымские кочевья, они принялись их нещадно бить. Результатом стал уход части ногаев из подчинения Девлет-Гирея, как не способного к защите подданных.

Сами же бывшие подданные, не долго думая тут же объединились со стрельцами. Теперь уже вместе они нападали на крымских татар, беря добро и полон. Видя такой поворот, союзный ногайский бий Исмаил, спешно отправил поживиться в Крым своего сына и племянников. К ним присоединились люди астраханского наместника Выродкова.

Воочию узрев прибыль от набега, встрепенулись другие ногаи и донские казаки — все кто мог и имел силы, пошли на Крым! Урон от стремительных и опустошительных набегов ногайских орд и казацких отрядов на Крым был огромен, а сами крымчаки сидели за Перекопом, не показываясь в степи — где уж там, самим бы отбиться, не до войнушек….

Недосуг нам к ним, да и им не до нас

Учитывая успешный опыт предыдущего года, бояре с царём решили вновь прижать крымчаков, для чего разработали хитрый план, предполагающий нападение с трёх сторон, а главной ударной силой задумали сделать ногаев. Это они зря, как малые дети, право слово. Естественно, ногайские мурзы для московского царя воевать не желали, вот подарки получать и помощь просить — это да, а воевать — нет. Вся эта возня на северном побережье, изрядно поднадоела и османскому султану, пославшему значительные силы противостоять «неверным» на Дону, после чего все усилия были на том направлении свёрнуты, чтобы не напороться на войну с турками.

Сами крымцы тоже соскучились сидеть в своих улусах и предприняли попытку придти на московскую украину, которая почти увенчалась успехом. Пока воеводы узнали, да пока опомнились, собирали людей, гнались за татарами, те уже похватали полон и возвращались назад. Но узнав о неминуемой погоне, полон весь побили и скоро ушли в степь. Год 1560-ый закончился безрезультатно. Всё внимание царя стали занимать события на западе, где Литва намеревалась выйти из перемирия. Планы полной ликвидации южной угрозы так и не реализовались.

Все последующие годы крымское направление считалось второстепенным и Москва придерживалась отработанной тактики беспокоящих уколов, призванных сдерживать активность степняков. Это относительно неплохо получалось до 1571-го года, когда Девлет-Гирей добрался до Москвы. Победа ордынцев оказалась временной и всё решилось на поле у Молодей, но это уже совсем другая история… 

Продолжение читайте в статье Трон Золотой Орды для Ивана Грозного.

Копирование текста, только с указанием имени автора и активной ссылкой на сайт — первоисточник: Великая Евразия.

Оцените статью
Великая Евразия
Добавить комментарий